Он...
Родители хотели девочку.
С трехмесячного возраста его роняли из коляски пару раз в неделю. Если этого не случалось, он, видимо, считал, что происходит что-то ненормальное, и вываливался сам.
Он учился в школе весьма прилежно, но вызывали его только в тех случаях, когда он не выучил урок. Единственная в его жизни пятерка, по пению, не попала в дневник, - у учительницы кончилась паста в ручке. "Принесешь мне дневник завтра", - сказала она. Назавтра он заболел, а когда выздоровел, по дороге в школу его портфель погрызла дворовая собака.
Здоровье у него было достаточно крепким, если не учитывать тех случаев, когда он по два или даже три раза болел недугами, предполагающими появление пожизненного иммунитета.
Во время анализа его крови испортился аппарат, а потом, когда прибор починили, врачам так и не удалось определить группу. Его кровь выделили в отдельную группу, названную его фамилией, об этом даже написали статью в медицинскую энциклопедию, но редактор потерял рукопись, и мировая слава не соизволила осчастливить его имя.
После окончания института он работал на многих работах. Единственный в его жизни хороший начальник, отбыл на постоянное место жительства в одну из западных стран, но его самолет упал при перелете Альп.
Его отношения с автомобилем заслуживают отдельного рассказа, здесь же стоит лишь заметить, что наиболее частыми отказами его баловали тормоза и рулевое управление. Справедливости ради нужно сказать, что именно благодаря одной из аварий он нашел себе жену, но она оказалась не совсем здорова в плане психики.
"Как жизнь?", - спрашивали его при встрече друзья.
"Ничего, нормально", - отвечал он, - "звезд, правда, с неба не хватаю".
Он прожил долгую жизнь и умер оттого, что во время одной из вечерних прогулок ему на голову упала с неба звезда.
Она...
Она родилась сразу взрослой. Люди, склонившиеся над Ее коляской и пытавшиеся сказать ей "Агу", слышали в ответ после минутного Ее раздумья: "Какой замечательный закат, вы только взгляните!"
В то время никто не мог бы сказать, что с Ней не все в порядке. Чуть позже, начиная со школьного возраста, вся Ее непохожесть и ненормальность заключалась лишь в том, что Она постоянно думала о чем-то своем, при этом, пытаясь делать какие-то дела. Она была просто волшебной. Чтобы обратить ее внимание на себя, или на происходящее вокруг Нее, надо было затратить определенные усилия, поймать Ее за ноги и притянуть с облаков на землю.
И вот поэтому-то за Ней интересно было наблюдать в быту. Человек, попадавший в Ее дом, был встречаем с радостью и гостеприимством. Начиналось приготовление элементарной и незамысловатой еды. За многочасовым разговором как-то вдруг, между прочим, обнаруживалось что электроплита, на которой вроде бы варилась картошка, была не включена, или включена не та конфорка. А однажды люди, находившиеся на кухне, могли видеть, как Она, жаря яичницу, вместо масла стала выливать на сковороду сгущенное молоко. В самый последний момент Она подставила ладошку. Частенько Она прикуривала сигарету со стороны фильтра, но так, как такое случается со многими, Она не удовольствовалась этим и, когда ей предложили зажигалку, отставила руку с сигаретой в сторону и потянулась к огню сложенными в трубочку губами.
Опоздания составляли важнейшую часть Ее жизни. Работу себе Она подыскивала с тем расчетом, чтобы Ее рабочий день начинался не раньше одиннадцати часов. Наверное, ни один Ее сотрудник не сможет вспомнить день, в который Она бы появилась на работе вовремя.
Правда, справедливости ради, надо рассказать один случай, когда ждала Она, а не Ее. Была назначена встреча с подругой, выбрано место и время. Она опоздала минут на двадцать. Поскольку такое ничтожное опоздание в расчет никогда и никем не принималось, Она решила, что Ее подруга задерживается, и стала терпеливо ждать. Подруга пришла часа через полтора, когда Ее терпению и нервам наступил конец. Правда, выплеснуть весь свой гнев Она не смогла. В ходе разбирательства быстро выяснилось, что Она все перепутала и пришла на два часа раньше условленного времени.
Мужчины ее обожали.
Они...
Они просто не могли не встретиться. Это случилось осенью 1982 года.
Она ждала автобус на остановке отмененного маршрута, причем трамвайного. Он как раз в этот момент таранил столб на своем автомобиле: за тот день уже в третий раз отказывало рулевое управление и второй раз - тормоза.
Она была совершенно уверена в том, что ждет автобус, и именно по этой причине Она не заметила даже, что рельсы были демонтированы, и, естественно, Она была на остановке одна. Решив, что больше некому пожалеть беднягу, погнувшего столб, она подошла к тому металлическому сооружению, которое Он считал своим автомобилем.
- Бедненький, - сказала Она.
- Что Вы, - прошепелявил Он, выплевывая фонтан зубов, - мне страшно повезло, причем уже в пятый раз сегодня! Вас подвезти?
Их свадьба должна была состояться во вторник. Правда, в назначенный день в ЗАГСе травили крыс, но объявление на дверях обещало расписать всех "неохваченных по крысиным причинам" на следующей неделе.
Незаконные молодые двинули в сторону заказанного зала в недорогом кафе, но обнаружили, что и оно закрыто по причине объявленного траура - в тот день умер Брежнев. Это обстоятельство, однако, не помешало приглашенным гостям прибыть в полном составе.
Несколько последующих лет судьба проверяла крепость их чувств. Его, как неженатого, распределили после окончания университета в Козьемордовск преподавать белым медведям историю права, Она берегла для будущей семьи московскую прописку.
Но все же Они снова встретились у дверей ЗАГСа, и на этот раз крысы им не помешали. Правда, Она забыла паспорт. Тем не менее, все невзгоды преодолимы. Уже законными супругами они подъезжали к тому же самому кафе. Огни в зале не горели - умер Андропов.
Утро после первой брачной ночи.
"Милый, как хорошо просыпаться вместе! Помнишь, ты столько лет просил меня стать твоей женой? Я согласна!"
|
