>>>>InformationAttack<<<<

[MedusasPath]

В это же время Йорк пережил «откровение свыше». В качестве эксперимента, необходимого для написания дипломной работы, один из его друзей придумал розыгрыш: вручил Йорку, его подруге Рейчел и другу Стенли Донвуду (художнику, который нарисовал все обложки к альбомам Radiohead за исключением «Pablo Honey») лист бумаги, на котором предписывал им явиться к указанному времени в такой-то паб со спальными мешками. Оттуда их повезли загород, а затем, при свете фонариков, завели на луга, где до четырех утра продолжалась пьянка. После этого все собравшиеся в беспамятстве уснули, и тут в какой-то момент друг Йорка разбудил его криком: «Вставай! Пришла пора умереть!», после чего повёл всех к озеру. «Он там построил этакого огнедышащего дракона, — вспоминает Йорк, — и на рассвете выступил перед нами с этаким представлением. Незабываемая была ночь». К сожалению, друг Йорка не собрал документальных свидетельств произошедшего и не защитил тогда свою дипломную работу.

«Это был очень важный период для нас, — продолжает Йорк.— Happy Mondays. The Stone Roses. Потом Нирвана. Это был переходный момент: много электроники, много инди-групп, и все это дозволялось перемешивать. Поэтому мне казалось дикостью, что, когда мы работали над "Kid A", нам говорили: "Так нельзя! Это ужасно!"»

В голосе Йорка куда меньше благоговения, когда речь заходит о классическом роке. Мы беседуем через два дня после лондонского реюниона Led Zeppelin, и на вопрос, интересовался ли он шоу, Том вяло отвечает: «Не особенно. Мой приятель хотел пойти, а я отказался — сказал, что устал. Может, пойду, если они сыграют еще. Хотя, честно говоря, вряд ли».

В комнату входит О'Брайен, и Йорк отфутболивает вопрос ему: «А вот и Эдди. А ты интересовался реюнионом Led Zeppelin?»

«Я — да, — отвечает гитарист. — Еще как. Я люблю Zep. А ты вроде нет?».

«Нет», — отвечает Йорк.

Йорк признается, что его заинтересовал бы реюнион Talking Heads: «Я, правда, не думаю, что им это интересно. А вот еще Gang Of Four — это стоило того. Они стали даже лучше. Мрачнее».

О'Брайен соглашается: «С возрастом они помрачнели».

«А теперь и мы туда же», — парирует Йорк.

«Да, и мы туда же. Чем вы занимались последние двадцать лет? — выступает в роли интервьюера самого себя Эд. — Становились мрачнее тучи».

Довольный Йорк смеется: «Я точно знаю, каков мой путь. Смерть неминуема. Я мрачнею».

---

Простота и скорость, с которой был выпущен альбом In Rainbows, не соответствует болезненному и продолжительному процессу его создания. После издания альбома «Hail to the Thief», который, по словам продюсера Radiohead Найджела Годрича, «никому особенно не понравился», группа в очередной раз отправилась в изнурительное турне с концертами и монотонными встречами с прессой, — такими же, какие отражены в документальном фильме 1998 года «Meeting People Is Easy». Во время перерыва после турне Йорк занялся работой над своим сольным альбомом. В августе 2005 года группа наконец-то вновь встретилась в студии. По словам Йорка, было много неопределенности: «Каждый из нас потерял... не столько интерес, сколько энтузиазм. У каждого из нас теперь дети. Звучит глупо, но так всё и было. Поэтому когда мы снова собрались в студии, то были, как неживые».

Записи в блоге на сайте группы позволяют проследить, как происходил развал. В начале были опубликованы фотографии с доской, на которой мелом были накарябаны названия песен и разные стрелки. В конце — вот эта бессвязная запись Йорка в январе 2006 года:

«нас призывают к ответу. надо стряхнуть пыль... перестать отвечать на телефонные звонки и придумывать оправдания уйти из студии. надо просто заняться делом... конечно, есть и другие отвлечения, вроде просиживания в саду с ружьём двенадцатого калибра, большого оркестра, производящего звуки ритм-компьютера, пошивки костюмов, щенков, лодок для каналов, пива, модульного синтеза, лего, налоговых расследований, глобального потепления и конца жизни как мы её себе представляем, пробок на дорогах, глухоты, умопомешательства, здравия. да мало ли».

По словам Годрича, работающего с Radiohead над всеми альбомами начиная с «The Bends», он любит каждого члена группы в отдельности, но с Йорком у него «особенно напряженные отношения». Когда я спрашиваю, о чём в группе ведутся споры, он смеется и говорит: «Да обо всём. Или мы с Томом вообще на ножах, или же мы полностью согласны друг с другом, но тогда все остальные с нами не соглашаются. Том и я, например, хотели, чтобы песня ‘Videotape’ была первой песней на альбоме «In Rainbows». Она и у меня и у Тома самая любимая. Но все остальные решили, что у нас крыша поехала».

«В моей работе много психологического, — продолжает Годрич. — Отношения между людьми очень непростые. Эд — большой дипломат. Джонни — гений, и если у него в голове что-то рождается, то сразу и очень быстро. Что касается Тома... — Найджел на секунду задумывается. — Том часто сам себя саботирует. Я свою роль вижу в том, чтобы остановить его, пока он не успел раскритиковать и по незнанию не разрушить ценные и красивые вещи».

Чтобы встряхнуть музыкантов, Годрич на три недели организовал запись нового альбома в обветшалом особняке, построенном в 1830-х годах. Члены группы жили в вагончиках недалеко от поместья, днем записывая музыку в старой библиотеке, а по ночам, до трех утра, играя скверный блюз-рок, просто ради развлечения. Альбом рождался медленно. Вот записали «Nude», песню, которой Йорк впервые поделился с Джонни Гринвудом десять лет тому назад: она получилась сочной и немного таинственной, в духе Sigur R___243;s. На удивление сексапильная «House of Cards» начинается строчкой, которую мог бы использовать R. Kelly («Я не хочу с тобой дружить, я хочу тебя любить»), содержит скрытые намеки на обмен женами, пока наконец типично Йорковы выражения («инфраструктура ниспадёт») не начинают звучать как слегка грязные иносказания. Между прочим, Йорк не упускает возможности прояснить, что стихи не имеют ничего общего с его личной жизнью. «Если бы!», — восклицает он. «Хотя нет, беру свои слова назад. Эти вечеринки, на которых пары приходят и обмениваются партнёрами, здесь были популярны в семидесятых и восьмидесятых, и они меня всегда завораживали».

Я замечаю, что ритмический рисунок музыки Radiohead не совпадает с неврастеническими стихами Йорка, на что Том отвечает: «Ко мне подходят люди после концертов и говорят, как им нравится та или иная песня — мол, мы с женой под неё трахаемся. Зачем вы мне об этом говорите? Не надо мне об этом говорить. Под ‘Morning Bell’, например. Представляете, да?».

«Жесть!», — подтверждает О’Брайен.

Йорк с серьезным видом кивает: «Эта песня быстрая».

---

В конце декабря группа начала репетиции своего запланированного на 2008 год мирового турне. В числе прочего Radiohead играют несколько кавер-версий: Siouxsie & The Banshees, The Smiths, «The Night» Фрэнки Вэлли и The Four Seasons. В ноябре группа устроила интернет-трансляцию концерта в собственной студии. В забавном вступительном отрывке использовалась одна из заключительных сцен из фильма «Семь», в которой Морган Фримен и Бред Питт открывают в пустыне коробку, внутри которой оказывается отрубленная голова Гвинет Пэлтроу. Только в версии Radiohead вместо головы Пэлтроу внутри оказывается голова Йорка. Йорк исполняет песню “15 Step”, а камера попеременно показывает ужасающихся и причитающих Фримена и Питта. Над видео работал британский комик Адам Бакстон, друг музыкантов. Во время вебкаста он говорит Йорку: «Брэд Питт — фанат Radiohead, и ему было бы тошно, если бы твою голову отрезали и положили в коробку, не правда ли?».