[Tosha]

Иногда, чтобы почувствовать себя счастливой, мне достаточно просто закрыть глаза.
И мир меняется.
Этот мир, созданный мной, живет по своим правилам. Точнее, по моим.
В нем довольно часто меняется главный герой, всегда пахнет жасмином и дует легкий бриз. Что происходит в нем? Всегда что-то новое.
Мне нравится воображать, будто от моих слов что-то зависит.
Будто мои поступки кому-то нужны.
Например...

Он касался моего позвоночника кончиками пальцев. Сверху-вниз. Снизу-вверх. Он пересчитывал их вслух.
Его голос был будто колыбельная для меня. Он мог бы читать вслух учебник математики или «Джен Эйр», для меня это было не важно. Важен был тембр, звучание. Его голос.
Мне уже необходимо было прикладывать усилия, что бы держать глаза открытыми.
- Поговори со мной.
- Не могу. - сонно ответила я.
- Пожалуйста, поговори со мной.
Я нехотя села на кровати.
- О чем ты хочешь поговорить?
- О красках в картинах Дали.
- Я в них не разбираюсь.
- Давай представим, что мы с тобой жутко серьезные и уважаемые критики в искусстве!
- Ладно. - усмехнулась я. - Тогда... хм... в основном он использует контрасты.
- Продолжай. - Он положил голову мне на колени.
- Хотя иногда и контрастов ему казалось мало. И он рисовал невидимые предметы.
- Как это?
- Так не честно. Ты же уважаемый критик. Разве ты не должен знать про невидимые предметы на его картинах?
- Ты права. Конечно я знаю про это. - Его глаза были закрыты. Я по привычке перебирала его волосы. Он улыбался. - Что еще про краски в его картинах?
- Еще... он любил русскую женщину.
- Это не про краски.
- Именно про них!
- Как женщина может быть краской? У нее нет оттенка. Ее нельзя нанести на холст.
- Ооо! Здесь ты не прав. - Я улыбнулась. Игра мне начинала нравится. - На свете есть так много женщин. И у каждой есть оттенок. На счет нанести на холст...
- Именно!
- Не перебивай! Почти в каждой картине Сальвадора Дали есть изображение его Галы!
- Но ведь до того как они познакомились Дали тоже писал картины. Такого быть не может.
- ПОЧТИ в каждой! Кроме того, задолго до того, как встретить Галу в одном из своих дневников он описал ее подробнейшим образом. Он искал свой идеал женщины.
- И нашел его.
- И нашел ее.
- А что по поводу оттенков женщин? Ты у меня какого оттенка?
- Хм...
- Не знаешь? - Он улыбался, довольный близкой победой.
- Я — знаю. А ты... Нарисуй меня.
- Что?
- Нарисуй меня!
- Я не умею рисовать.
- Я же не прошу тебя нарисовать мустанга, несущегося в степи. Я прошу тебя нарисовать меня. В любой манере. Как сможешь. Как захочешь.
- Хм...
- Сдаешься?
- Нет. - Он никогда не сдавался.
- Тогда даю тебе две недели.
- Хорошо.
- А теперь почитай мне «Записки о Шерлоке Холмсе». - Я снова легла и приготовилась слушать.
Он достал книгу, открыл и стал читать.
Я быстро уснула.

Через две недели он принес мне огромный холст.
На него в произвольном порядке были нанесены все оттенки, которые я только знаю. Преобладали пастельные, но в них то и дело врывались яркие: алые, пурпурные, темные, небесные и много других. Это выглядело так странно, непривычно и так завораживало.
Я всматривалась в холст не меньше часа и все-равно не могла оторвать взгляд.
Картина была прекрасна. Она притягивала и отталкивала одновременно.
Что бы повесить ее в интерьере надо обладать бесспорным мужеством. Однако, если она займет свое место, то станет центром притяжения в любом помещении.
У меня не было слов.
По щеке стекали слезы.
- Это... Это я?
Он молча смотрел на меня.
- Она прекрасна! - У меня даже голос осип.
- Я знаю. - Он пальцами повернул мое лицо к себе и стал поцелуями стирать мои слезы. - На самом деле, она еще прекрасней.
- Это невозможно.
- Просто таких оттенков еще не придумали.




Так рождаются мои рассказы.