Школа — новая для ребенка сфера жизни с новыми правилами. Во многих странах мира школы подписывают с учениками соглашения: мы тебя учим, а ты подчиняешься нашим порядкам. Подписать документ должен именно ребенок, даже если еще не умеет читать и писать (родители читают ему вслух). Например, в одной финской школе первоклассники подписывают бумагу, где сказано: «Мы приходим вовремя и заходим в класс по звонку. Мы соблюдаем спокойную обстановку в классе и столовой. У нас в школе уютно и приятно. Поэтому мы не мусорим в школе и не пачкаем стены и мебель. Каждый из нас сам следит за своими вещами. Мы бережем свои и чужие вещи, поэтому если в школе что-то испортилось или сломалось — мы сообщаем об этом». Оставшаяся часть документа касается правил безопасности, отношений друг с другом (в том числе нетерпимости к травле), использования мобильников и т.п. В заключение сказано: «В нашей школе мы коллективно отвечаем за то, чтобы каждому было приятно ходить в школу».
На восемь правил — ни одного «категорически запрещается» или «должны». Четко изложены ценности, которых придерживается школа, предъявлены разумные требования (а не навязаны глупые ограничения, как наши дети обычно воспринимают правила).
Наши школы тоже начали вводить правила. Мне в прошлом году пришлось подписаться под бумагой «С уставом школы ознакомлена». Устав требовал от меня (от меня, а не от ребенка) обеспечить чаду рабочее место дома, гарантировать выполнение им норм поведения в школе и домашних заданий, ликвидацию задолженностей и ношение одежды делового стиля.
Уставы российских школ, как правило, основаны на типовом уставе общеобразовательных учреждений, поэтому почти все содержат тот же набор требований к родителям и минимум требований к ученику. Осилить устав школы не всякий взрослый может: скучно. Некоторые школы составляют для учеников не менее скучные перечни рекомендаций типа «осторожно обращаться с жидкой и горячей пищей в столовой». Поиск по сайтам школ быстро показал, что самые толковые правила для учащихся существуют почему-то в школах Южного округа Москвы. Разгадка нашлась тоже быстро: именно в этих школах работают пресловутые омбудсмены — уполномоченные по правам ребенка. Какая связь?
Вот какая. Защита прав ребенка требует разрешения конфликтов. А в них ребенок не всегда невинная жертва. И омбудсменам, изначально призванным защищать права ребенка, пришлось присматривать за соблюдением прав всех участников образовательного процесса: учителей, родителей и учеников.
Противников у института омбудсменов много. Считается, что новшество приведет к бесправию учителей, сбору компромата на них, беспределу учеников и доносительству детей на взрослых. Чтение отчетов школьных уполномоченных, однако, показывает, что дети часто идут к ним просто разбираться: можно ли им задавать столько заданий на выходные, можно ли поставить в классе кулер, может ли учитель так поступать... Оказывается, что конфликты чаще всего обусловлены неправовой реакцией учителя на неправовой поступок ученика. Что надо налаживать диалог взрослых и детей по больным вопросам школьной жизни вроде формы одежды и отсутствия перегородок в туалетах. В хорошо отлаженной системе все эти вопросы решаются в дежурном порядке. В плохо отлаженной — приводят к детско-взрослой войне. Пока система отлаживается, кто-то должен наблюдать за обязательностью закона для всех.
Школе давно пора — взрослым и детям, с омбудсменами или без них — учиться жить в рамках закона и решать конфликты мирным путем. И учить этому надо всех поголовно и с детства — тогда есть хоть какая-то надежда, что общество когда-нибудь научится уважать закон и следовать ему.
Комментарий
Евгений Бунимович,
уполномоченный по правам ребенка в городе Москве, заслуженный учитель России:
— Многие взрослые путают воспитание и дрессировку. Дрессировщик, даже если он самый заслуженный артист с огромным стажем, никогда не поворачивается к хищникам спиной. Могут съесть с потрохами. А задача воспитания в том, чтобы дети вели себя по-человечески и тогда, когда тебя нет рядом. А это невозможно без воспитания в них самоуважения и чувства собственного достоинства. И никакое понимание ответственности невозможно без осознания своих прав и свобод.
Омбудсмены появились в школах не по указке чиновников сверху — этот процесс идет естественным путем. Сейчас в Южном округе Москвы они больше чем в 140 школах, они появились и в Северо-Восточном округе, и в Зеленограде. В других округах — другие формы: например, «школы примирения» (
стороны встречаются за столом переговоров с нейтральным посредником и вырабатывают программу примирения. —
Прим. ред.). Этот опыт естественным образом развивается, потому что он востребован — детьми, взрослыми, временем.
Ирина Лукьянова
23.07.2010/Новая газета/